“Роль”. Лидия Головатая: о жизни, смерти, и юбилейном вечере


“Роль”. Лидия Головатая: о жизни, смерти, и юбилейном вечере
Автор фото: Еленa Вильт/ архив Русского театра

Сегодня, пригласив в гости актрису Лидию Головатую, мы возвращаемся к совместному проекту DELFI и Русского театра “Роль”. Вернее, начинаем писать его новую страницу. Только что Лидия Сергеевна сыграла в шекспировском “Ричарде III” роль Королевы-матери, а в субботу, 31 марта, в Малом зале Русского театра состоится ее творческий вечер в рамках празднования 70-летия театра.

Лидия Сергеевна, с прошедшим днем рождения, случившимся недавним 13-м марта. Следует, что по гороскопу вы Рыба, которая, как известно, куда хочет, туда и плывет. Ощущаете себя в жизни, как рыба в воде?

Спасибо за поздравление, а 13 — мое счастливое число. Все его опасаются, а у меня именно с ним нередко связаны хорошие воспоминания: и у нескольких моих друзей день рождения как раз 13, и у дочери одной моей подруги день рождения 13 числа. А насчет плавания, так ведь рыба тоже плавает по-разному, то в теплой она воде, то в холодной.

А у вас какой было больше — теплой или холодной?

Пока не знаю точно, жизнь-то продолжается. Но все же больше, думаю, тепла было.

Наверное, и роли бывают теплыми или холодными. Мне показалось, что королева-мать в “Ричарде III” стала одной из самых трагичных ролей, с какими вам доводилось встречаться.

Может быть…С ролью в пьесе Шекспира я встречалась только однажды, это был давний “Сон в летнюю ночь”, больше Шекспира, по-моему, у нас в театре не ставили. Но “Сон в летнюю ночь” полон веселья и озорства, а в “Ричарде” мне довелось сыграть женщину, у которой жизнь отбирает все — мужа, сыновей, внуков, и с каждым уходит частичка ее самой…

Вообще, когда я начала читать пьесу, то была в ужасе — 150 страниц, но, главное, казалось невозможным продраться через переплетения отношений и связей, родственных, клановых, еще каких-то, все казалось до чрезвычайности запутанным. Нам, участникам спектакля, театровед и критик Борис Тух даже прочитал специальную лекцию, чтобы помочь разобраться, что к чему, и кто кому кем приходится. Но с другой стороны, по-житейски, по-женски, там все понятно, потому что, когда начинаешь терять одного за другим, всех, кто тебе дорог, можно сойти с ума…

Подобные роли, вероятно, становятся для актера особым испытанием?

Я не люблю, когда слышу: как это трудно, как сложно. Конечно, непросто, но ведь и в жизни мы сами нередко переживаем такое же: мой папа ушел очень рано, и я до сих пор помню слезы, которые никак не могла остановить, когда его провожали… Он меня очень любил, мечтал, что стану знаменитой, как Любовь Орлова, Ладынина.

Автор фото: Еленa Вильт/ архив Русского театра

Может, самым ужасным было то, что королева-мать не могла ничего изменить, знала, что все случится, а сделать ничего нельзя?

Не зря же считается, что с судьбой не поспоришь Нам Степан Потапов, режиссер спектакля, так и говорил: все предопределено, никуда не деться.

А вы верите в судьбу?

Наверное, верю. Не знаю, правильно это или неправильно, но все же, мне кажется, что многое зависит и от тебя самого, ведь выбор есть всегда, значит, надо суметь выбрать.

Можно долго говорить о ваших спектаклях последних лет, о “Доме Бернарда Альбы”, “Дядюшкином сне”, “Лесе”, но ведь наверняка вам довелось поиграть и целую череду восхитительных красавиц и прелестниц?

Да нет, ни одной что-то не припоминаю. Во-первых, сама никогда не относила себя к красавицам, во-вторых в нашем театре всегда работала рядом с очень красивыми женщинами, о соперничестве тут говорить было трудно: Нонна Самарина, Галя Микрюкова — куда мне было до них? Да я и не претендовала, тем более, что, откровенно говоря, “голубые героини”, когда вдруг неожиданно и перепадали, мне особо не удавались. Но если женщина любит…

Автор фото: Еленa Вильт/ архив Русского театра

Как в “Трамвае “ Желание”?

Стеллу в “Трамвае” Теннесси Уильямса я получила неожиданно, тогда у меня был маленький ребенок, я и не думала, что попаду в этот спектакль к Черменеву. Но вдруг попала, и это стало таким счастьем, такой азарт охватил — ведь сидела дома после родов, маленький Сашка, а здесь Стелла, и столько в пьесе всего, любви, жестокости…

Нынешний год станет памятным не только для Русского театра, но и для вас лично, говоря и о полувековом, золотом юбилее вашей работы на таллиннской сцене.

Даже не представляю, что это было со мной…

Читать еще

Так и скажете на своем творческом вечере 31 марта?

- По правде говоря, я еще точно не знаю, что там скажу, но что наша профессия лучшая на свете — скажу обязательно.

Tallinn Hockey weekend
Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии