Волк как зло, а Бог как волк. Рецензия на фильм "Мысленный волк"

 (1)
Мысленный волк
Мысленный волкФото: кадр из фильма

Перед началом кинофестиваля KinoFF, который прошел в Нарве и Кохтла-Ярве, портал RusDelfi предложил своим читателям стать кинокритиками и попробовать себя в жанре рецензии. София Каткова впечатлилась фильмом "Мысленный волк".

Даже отбросив особенности публичной личности и репутации режиссера Валерии Гай Германики и зная только одно название ее новой кинокартины “Мысленный волк”, зрителю будет сложно начать просмотр без каких-либо ожиданий, мыслей, ассоциаций. Зритель, знакомый с православными текстами, вспомнит молитву святого Иоанна Златоуста, которая и является первоисточником вдохновения для режиссера.

Зритель, следящий за событиями русскоязычного литературного мира, подумает об одноименном романе Алексея Варламова, вышедшем в 2014 году и получившим премию “Большая Книга”, который, правда, сюжетно не имеет ничего общего с фильмом Германики.

Читайте также:

Зритель, знакомый с уральским рок-движением и, в частности, группой “Смысловые Галлюцинации”, подумает о песне и даже целом альбоме, имеющем такое название и вышедшем в том же 2014 году — и будет абсолютно прав! Слова к песне “Мысленный волк” группы “Смысловые Галлюцинации” были написаны никем иным как режиссером фильма, а ее саму можно наблюдать в видеоклипе к этой музыкальной работе.

Рефреном в этой песне выступают следующие строчки:
“Что бы ни делала ты
Всегда под пристальным взглядом
Хвостом заметая следы
Мысленный волк бежит рядом”

Образ же “мысленного волка”, как уже упоминалось, взят из молитвы Иоанна Златоуста (“да не на мнозе удаляяйся от общения Твоего, от мысленного волка звероуловлен буду”), где этот зверь олицетворяет все внутреннее зло, что есть в человеке — его дурные намерения, помыслы, искушения.

Это красивый, понятный каждому своей страшной простотой образ, который нещадно используется мировой культурой на протяжении всей истории: от “Красной Шапочки” до “Степного Волка”. Кстати, сама Валерия Гай Германика со свойственной ей вежливостью смеется в лицо тем кинокритикам, которые пытаются найти связь истории в ее фильме с “Красной Шапочкой”. Впрочем, эту ассоциацию действительно сложно убить в себе, особенно если ты знаешь со школы, что эта сказка рассказывает нам о преодолении искушений и женском взрослении.

Теперь давайте попробуем забыть весь культурный фон, способный навалиться только при виде названия фильма, и познакомимся с самой кинокартиной, по возможности стараясь аккуратно и без лишних мыслей интерпретировать происходящее в ленте. Стоит отметить, что Валерия Гай Германика заказала сценарий у именитого российского сценариста Юрия Арабова, известного своей работой с Александром Сокуровым. На пресс-конференции “Кинотавра”, запись которой можно найти на просторах YouTube, вопрос о сценарии был одним из немногих, на которые Валерия дала хоть сколько-то серьезный ответ: менять что-либо в нем, даже если бы ей этого хотелось, она не могла — иначе все происходящее на
экране начинало сыпаться.

Фильм открывается сценой похорон молодого мужчины, снятой с очень необычного ракурса: мы видим похороны в обратном порядке, и это, конечно же, наталкивает на мысль, что здесь есть какая-то мысль - ты чувствуешь, как она повисает в воздухе на мгновение и улетает, так и не дав себя поймать.

По словам исполнительницы одной из главных ролей, Елизаветы Климовой, оставшейся отвечать на вопросы зрителей после показа фильма в Таллинне, эта сцена была прописана Юрием Арабовым именно так. Впрочем, ни актриса во время встречи в Таллинне, ни режиссер фильма во время пресс-конференции на “Кинотавре”, не захотели ответить на резонный вопрос о значении этой сцены, поэтому начало фильма можно по ошибке воспринять как яркую и красочную короткометражку, которую присоединили к полнометражной работе, чтобы не пропала зря.

И вот, мы, наконец, пробираемся к началу главного действия. Перед нами появляется сцена деревенской дискотеки под открытым небом, и тут же мы знакомимся с главными героинями, одна из которых — героиня уже упомянутой Елизаветы Климовой — дочь, приехавшая из Санкт-Петербурга погостить у матери; а вторая — ушедшая в сельский дауншифтинг бывшая профессиональная танцовщица, героиня Юлии Высоцкой — мать.

Юлия Высоцкая Фото: кадр из фильма "Мысленный волк"

С первых минут мы понимаем характер конфликта между матерью и дочерью: дочь, уже взрослая женщина с маленьким ребенком на руках, ожидает от матери помощи — финансовой, физической, эмоциональной — но ничего из этого героиня Юлии Высоцкой не в состоянии дать. Фильм начинается и сопровождается всю дорогу (в прямом смысле — через лес до дома; и в переносном — до самого конца) диалогами между матерью и дочерью, подразумевающими каждый раз какую-то колкость.

Здесь мы сразу чувствуем некую искусственность построения фраз, которая призвана показать, что мать и дочь обладают одним и тем же культурным кодом. В то же время, они постоянно ссорятся, дочь не раз в излишне подростковом и эмоциональном порыве предпринимает попытки уйти, убежать подальше от матери, но каждый раз возвращается к ней в безысходности, потому что сама не в состоянии найти дорогу домой в этом сыром и темном лесу, в котором, по рассказам матери, с недавних пор завелся волк-людоед.

Валерия Гай Германика горячо настаивает, что ее работа никаким образом не относится к жанру хоррора или фильма ужасов. В фильме, правда, есть некоторые элементы, которые могут напомнить хоррор — это и эмоциональное напряжение, и резкие вставки и перемены кадров, и странное и сложно отслеживаемое с точки зрения мотивации поведение главной героини (например, убегать в лес, которого ты не знаешь или терять еще не умеющего ходить ребенка). И все же, режиссер дает достаточно поводов, чтобы понять, что все мистическое и страшное, происходящее в фильме — только для того, чтобы показать минутное взаимопонимание и взаимное принятие дочери и матери, минутное перемирие в их отношениях.

Мысленный волк Фото: кадр из фильма

Все это возникает перед внешней опасностью и, конечно же, улетает в небытие при возвращении мироздания на свои места. То, что фильм не является хоррором, а является скорее притчей или сказкой, можно понять, когда главная героиня наконец встречает того самого мысленного волка, который предстает зрителю в очень определенном образе. Князь мира сего, как говорит сама режиссер, может представать в совершенно
разных обличиях. Здесь, когда мы наконец встречаем то ли волка, то ли бога, в философской подоплеке сюжета происходит подмена понятий, потому что с этого момента волк — все темное зло, что есть в человеке — есть бог. А если бог — это волк, а волк — это зло, совсем нетрудно убрать лишний элемент и вывести, что бог — это… Ой, довольно страшное открытие, но тем менее двусмысленными выглядят похороны зверя, убитого после кошмарной ночи, которую мать и дочь провели в единении, и тем более проглядывается связь с самым началом фильма, где мы видим то ли похороны, то ли воскресение некоего мужчины.

“Мысленный волк” был награжден призом за лучшую музыку на фестивале “Кинотавр”. Музыкальная тема, написанная композитором Игорем Вдовиным, действительно органично вписывается в сюжет на протяжении всего действия — так органично, что ты даже не придаешь ей значения. По-настоящему же становится заметна сильная работа композитора в самом финале, когда героиня, одновременно получив и не получив то, чего ей так не хватало, возвращается поездом домой. Хоть невольно и приходит мысль, что эту картину хорошо бы проиллюстрировала песня Бориса Гребенщикова “Поезд в огне”, оркестровое и острое в своем скрипичном звучании решение саундтрека подливает масла в огонь финала и прекрасно с этим справляется, рисуя настоящую дорогу в ад.

Нужно ли смотреть фильм “Мысленный волк”, если часто происходящее на экране выглядит ненатурально, странно, наигранно? Необязательно, но, все же, местами происходящее становится похожим, горьким, понятным. Валерия Гай Германика и Юрий Арабов сделали этот фильм таким: история трудных взаимоотношений дочери с матерью в декорациях, сшитых из разнообразных религиозных образов. Определенному зрителю наверняка будет интересно найти смысловые нити, которые при этом использовались: угадать образы, проследить связь, придать этому значение, отличное от интерпретации автора данной рецензии. В конце концов, что плохого в том, что эту работу авторы оставляют зрителю?

P.S. Проголосовать за понравившийся фильм можно ЗДЕСЬ.