В больницу Алиса Фрейндлих попала еще в прошлом году, 25 декабря. Однако, заразилась она как минимум неделей раньше. Какое-то время Народная артистка СССР пыталась лечиться дома — ей делали уколы. Но такое лечение ожидаемо ни к чему хорошему не привело: у звезды “Служебного романа” и “Трех мушкетеров” развилось поражение порядка 40% легочной ткани. Какое-то время после госпитализации оно стремительно прогрессировало и стараниями врачей остановилось на отметке чуть меньше 90 %. Однако, констатируют медики, цифра это умозрительная: гораздо большее значение играет не поражение, а то, как легкие будут после него восстанавливаться. У Фрейндлих с этим, к счастью, оказался полный порядок.

Вдобавок к этому в первые дни Алиса Фрейндлих столкнулась со “множеством” осложнений болезни — в частности, у нее начал развиваться цитокиновый шторм — избыточный ответ иммунной системы на присутствие вируса в организме. Вдобавок, вирус дал большую нагрузку на сосуды — какое-то время у актрисы фиксировали большие скачки давления. И то и другое удалось купировать при помощи интенсивной терапии. Какое-то время состояние Народной артистки СССР оценивалось медиками как тяжелое, но стабильное. 7 января у нее впервые зафиксировали улучшение. 14 января — зафиксировали следующее. С этого момента Фрейндлих уверенно пошла на поправку. Единственное, что отмечали врачи — что она “какая-то скучненькая”. Имелось в виду, вероятно, подавленное состояние актрисы — не каждому понравится встречать Новый год в больнице, да и в чисто физическом плане ей пришлось перенести очень многое.

К слову, несмотря на звездный статус и особое внимание, никакой специфической терапии, уникальных или экспериментальных лекарств Алиса Фрейндлих в стационаре не получала. По информации “Комсомолки”, лечили ее точно так же, как и всех остальных — в соответствии с клиническими рекомендациями министерства здравоохранения. Капали антибиотики, давали витамины и противовирусные препараты. Так что никакого “рецепта здоровья” в случае со звездой театра и кино не было — все, что называется, по классике, но с учетом индивидуальных особенностей организма.

С 14 января никаких ухудшений в состоянии актрисы не фиксировали. Единственное — актриса шла на поправку медленнее, чем хотелось бы. Однако ни с какими “внутренними отклонениями” медики это не связывают. Не подтвердилась в итоге и информация о том, что Алиса Бруновна не могла поправиться из-за низкого веса: как утверждают медики, это имело значение только для расчета дозы антибиотиков при внутривенном вливании. По информации “Комсомолки”, единственное возможное объяснение, которое дают специалисты — организм Фрейндлих потребовал именно столько времени на восстановление, ни днем меньше, ни днем больше. Это, в общем-то, нормально: в отличие от многих других заболеваний для COVID-19 пока что не существует никаких регламентов и стандартов, человек более столько, сколько болеет.

Факт присутствия Алисы Фрейндлих в больнице руководство старалось не афишировать. Медицинский персонал заранее проинструктировали: попросили не досаждать знаменитой актрисе вопросами и не заговаривать с ней первыми — эта практика, в общем-то, стандартная для всех VIP-больных. Информацию держали втайне и от пациентов — по крайней мере никаких попыток “проникнуть” в отдельную палату к звезде театра и кино и попросить у нее автограф или совместное фото за все 47 дней зафиксировано не было.

Выписывали Фрейндлих тоже если и не тайно, то, по крайней мере, в режиме повышенной настороженности. Как стало известно “Комсомолке”, у центра имени Соколова последние несколько дней дежурили фотографы, операторы и блогеры — кто-то просто ошивался под стенами, кого-то пришлось выгонять чуть ли не силой. Чтобы оградить актрису от “психопатических” личностей, ее вывели через служебный вход (сама она в тот момент была в шубе с поднятым воротником и низко надвинутой на глаза беретке), усадили в заранее подогнанный автомобиль и увезли домой. И лишь когда Фрейндлих переступила порог своей квартиры — сообщили о ее выписке СМИ. Тем не менее несмотря на всю маскировку медики отмечают, что никаких разительных перемен в ее внешности не произошло — актриса не “высохла” и не стала “неузнаваемой”. Сейчас она выглядит как человек, который долго и тяжело болел — не более того. В целом, констатируют специалисты, случай Фрейндлих нельзя назвать ни самым тяжелым, ни самым сложным — во всяком случае в центре имени Соколова наблюдались пациенты с более обширными поражениями и более опасным течением болезни.

Отметим, что лечение Фрейндлих на этом не закончилось — оно просто перешло из стадии стационарного в стадию амбулаторного. Сейчас актриса должна немного прийти в себя, периодически ее будут обследовать на дому, а после, если она захочет — отправят на дополнительную реабилитацию в санаторий.