Владимир Шаталов трижды летал в космос — в январе и октябре 1969 года и в апреле 1971 года.

В январе 1969 года он осуществил первую в мире стыковку пилотируемых кораблей в космосе: “Союз-4” под его управлением пристыковался к “Союзу-5”. Тогда была создана первая в мире экспериментальная космическая станция. В то время корабли не имели переходного люка в стыковочном агрегате. Поэтому с борта на борт — через открытый космос. Переход из одного корабля в другой осуществили Алексей Елисеев и Евгений Хрунов. Как все было, “РГ” рассказал дважды Герой Советского Союза летчик-космонавт Борис Волынов: “16 января корабли подошли друг к другу на расстояние ста метров. Скорость — 8 км в секунду. На расстоянии тридцати метров остановились. Зависли. Когда мы стартовали, нас просили: “Сделайте так, чтобы это увидел весь мир. Вы должны быть в поле зрения антенн советских станций наблюдения”.

Глянули на Землю: находимся в районе Африки. Значит, если сейчас будем стыковаться, никто нас не увидит. У Володи (Шаталова — прим. “РГ”) топливо заканчивалось. А мы с Лешей (Елисеев — прим. “РГ”) думали: сколько у нас, хватит, не хватит? Он говорит: “Пока потяни, а я посчитаю”. Мы “топали”, удерживая тридцать метров между кораблями, “на руках“ — от Африки до нашего Крыма. Когда появилась связь и телекартинка, нам сказали: “Все, ребята, можно!”

Мы обрадованно состыковались: плавненько, аккуратненько, у всех на глазах. То, что просили, все сделали!

Оба корабля после стыковки были завязаны в единое целое по энергетике. Получилась первая экспериментальная космическая станция. Было много эмоций. Особенно когда крышка люка начала открываться. За ней — космос. До этого, нужно подчеркнуть, было две неудачи. Это тоже держали в голове. После перехода космонавты остались на корабле Шаталова. Потом вместе вернулись на Землю. А я сутки еще летал”.

Хрунов и Елисеев стали первыми в истории космическими почтальонами: передали Шаталову письма, телеграммы, газеты. Рассказывают, даже специально был сделан штемпель “Земля-Космос”. 17 января Шаталов, Елисеев и Хрунов благополучно вернулись на Землю на “Союзе-4”.

Второй полет в космос Владимир Шаталов совершил в октябре 1969 года в качестве командира корабля “Союз-8” совместно с Алексеем Елисеевым. Это был групповой полет трех советских космических кораблей. С интервалом в сутки были запущены корабли “Союз-6” (командир — Георгий Шонин), “Союз-7” (командир — Анатолий Филипченко) и “Союз-8”. В ходе полета космонавты Владимир Шаталов и Алексей Елисеев осуществили экспериментальный сеанс связи с ЦУП и корабельным измерительным пунктом “Космонавт Владимир Комаров” через спутник “Молния-1”.

Полет “великолепной семерки” занял достойное место в истории пилотируемой космонавтики.

А в свой третий космический полет Владимир Александрович отправился в апреле 1971 года: он был командиром “Союза-10”. 24 апреля была осуществлена первая в мире стыковка с орбитальной станцией “Салют”, после чего был запланирован переход экипажа на борт станции. Однако из-за поломки стыковочного агрегата корабля не удалось выполнить полное стягивание корабля и станции и обеспечить герметичность стыка. Переход на орбитальную станцию “Салют” был отменен.

В 1987-1991 годах Шаталов был начальником подмосковного Центра подготовки космонавтов.

Космос был его стихией. В одном из интервью Владимир Шаталов рассказывал: в невесомости вырабатывается устойчивый стереотип поведения. Если нужно, допустим, попасть в спускаемый аппарат, то ныряешь него головой вперед, там переворачиваешься, садишься в кресло и спокойно начинаешь работать. Все это делается автоматически. “Так вот, когда мы вернулись на Землю и вылезли из корабля, вдруг выяснилось, что я забыл в спускаемом аппарате бортжурнал. Непорядок, надо достать. Я ставлю ногу на иллюминатор (корабль стоял вертикально), подтягиваюсь до люка и по привычке головой вниз ныряю внутрь. Привычно опираюсь руками о кресло, достаю бортжурнал, отталкиваюсь и жду, что сейчас спокойно вынырну из корабля. Но почему-то не получается. И только тут до меня доходит, что орбита, увы, далеко… С большим трудом ухитрился наконец спуститься на голову и перевернуться. Это было, по-моему, раз в сто сложнее, чем в космосе”, — говорил он.

С 2016 года, после смерти американского астронавта Джона Гленна, Шаталов являлся самым старым в мире участником космических полетов.