“Я жил на окраине города, у меня на теле столько шрамов. Я не знаю, как мы живы-то остались. Потому что мой дом последним был, а потом — поля, поля, аэродром, самолетное кладбище, на котором мы время проводили, все эти магнии, взрывпакеты. У меня все руки, вся голова — все в шрамах”, — огорошил признанием Федор Добронравов.

Но не это было самым страшным. Когда Федор родился, его отец “очень сильно пил и бил маму”. Они часто убегали из дома и прятались по соседям. “И я примерно знал, что он может сделать”, — поведал актер в программе “Однажды…”.

Но когда Добронравову исполнилось семь лет, родитель внезапно бросил пить. “Батя поставил рюмку на стол и до гробовой доски больше не касался. И начался в семье рай. И до конца был рай. Но когда я пытался проказничать в детстве, покуривать, батя мне сказал: “Если, сынок, я узнаю, я на одну ногу наступлю, за вторую потяну и собакам выброшу””, — поделился звезда “Сватов”.

Федор Викторович говорит, что ему сильно запомнился образ выброшенного на съедение собакам мальчика. Так что к сигаретам он не притрагивался. Что же касается отца, то родитель больше никогда не распускал руки.

Вспомнил актер и о рождении своего первенца. Он отметил, что в день его появления на свет ему пришлось грузить в морг трупы. “Это же Таганрог, больница одна большая, морг был закрыт, и девушки, чтобы я помог носить и складывать уже ушедших людей. Моя жена рожает, а я гружу тут из реанимации…” — с улыбкой сообщил Добронравов.