Бояков не намерен публично поливать грязью Кехмана и как-то комментировать его действия (на днях Владимир Абрамович публично снял со стены почета МХАТа фото Эдуарда Владиславовича, — прим. ред.). Также бывший худрук просит публику не беспокоить его расспросами о скандальной ситуации.

“Уважаемые френды, читатели, коллеги и журналисты. Я написал, что не комментирую ситуацию, связанную с моим увольнением из МХАТа, Дорониной и Кехманом. Тем не менее посыпался какой-то невероятный шквал звонков и сообщений с просьбами дать интервью или что-то прокомментировать. А пару часов назад мне уже и в дверь квартиры позвонили, я как лох открыл, а там девушка с микрофоном, парень с камерой — и давай наседать: “Видели ли, как сняли вашу фотографию?”. Вот с квартирой — это уже слишком. Прошу принять как факт и отстать с этими вопросами. Просто нет возможности и желания погружаться. Честное слово”, — поделился 57-летний режиссер в соцсети.

Эдуард Владиславович подчеркнул, что был в курсе подобного исхода, но все равно с радостью отдавал себя театральному служению на протяжении трех лет.

“Друзья, ну раскиньте мозгами, поймите, я давным-давно был готов к этому. Как могло быть, когда еще год назад Татьяна Доронина с президентом почти час говорила? Я был готов к этому. И служил. И кайфовал каждую минуту. Это известная формула — каждый день приходить в театр как в последний день. Это не отменяет планов, стратегии, манифестов и так далее. Просто это принцип. А сделано действительно невероятно много для трех лет. Но об этом не сейчас — позже. А вот про увольнение совсем не интересно. Может, в мемуарах напишу. Скидывайте быстрее эту новость. Сегодня был прекрасный и радостный день. Спасибо Боженьке за все!” — заключил Бояков.