“Стиральные машинки стоят у людей на улице, у дома. Идешь по улице, и везде запах свежевыстиранного белья”, — смеялась Евгения Брик, когда рассказывала о своей жизни в Америке. На тот момент актриса прожила в Штатах почти десять лет, но все равно призналась, что не могла привыкнуть к местным жителям и их быту. Ведь в 2008-м году она была уверена, что летит за океан на пару недель, может, месяцев, но судьба распорядилась иначе. И там, вдали от родины, Евгения провела свой последний день.

Брик всегда говорила, что ее муж Валерий Тодоровский влюбляется в своих актеров, ведь иначе и быть не может — так он работает, так проявляет свой талант. Но в свою будущую жену режиссер влюбился по-настоящему, не так, как в других артистов. Роль в сериале “Закон”, на пробах в который Евгения и познакомилась с Валерием, она не получила, зато завладела сердцем Тодоровского. Спустя четыре года тайного романа он развелся с женой и принес клятву верности Брик, которую сдержал до конца.

“У нас изначально была ситуация, когда я понимала, что муж — это муж, а режиссер — это режиссер. Если у него есть проект, в котором есть роль на актрису моего возраста, то он меня — если захочет и посчитает, что я подхожу — позовет. А дальше там будут висеть фотографии всех артисток, которые пробуются”, — объясняла Евгения. Однажды среди снимков других актрис Тодоровский выбрал кадр с супругой — так она попала в фильм “Стиляги”.

Историю о золотой молодежи 1950-х годов тепло приняли не только в России, но и на Западе. Супруги поехали туда после премьеры картины, скажем так, “на разведку”. А потом, когда пришло время выбирать дату возвращения на родину, поняли, что хотят остаться.

“Началось с того, что вышел фильм ’’Стиляги’’, и очень хорошо он пошел сначала в Америке. Было множество кинофестивалей. В России вскоре в 2008-м году случился кризис. Рухнуло все. В кино все встало. Сам Бог велел поехать в Америку. У меня появились там агенты, решил, что надо пожить там”, — рассказывал Валерий в беседе с Катериной Гордеевой.

Жизнь в США оказалась сложнее, чем ему казалось. С бытом проблем не было, а вот творчество застопорилось. Не было нужных знакомств, шаблонов, проторенных дорожек — все приходилось открывать заново, как новый дивный мир. Евгения проходила пробы по телефону, впервые учила роли на английском языке, пока ее муж пытался решить, что и как можно снять в Америке. В это же время Брик забеременела, и через год после переезда стала мамой.

Это была еще одна причина для того, чтобы остаться: обеспечить актрисе хорошие условия для рождения ребенка, дать малышке Зое время, чтобы подрасти для дальних перелетов. Но время шло, а возвращаться в Россию супруги не торопились.

“Это все невозможно совмещать. Надо быть либо там, либо здесь. Потом я на год уехал снимать фильм ’’Оттепель’’. А через год, когда я вернулся, в Лос-Анджелесе меня все подзабыли, — констатировал режиссер. — В Москве при этом у меня всегда была студия”.

Кажется, в этот момент Тодоровский и Брик были как никогда близки к возвращению домой, но они все равно остались в Америке. Теперь у этого решения есть объяснения: вероятно, тяжелая болезнь Евгении стала давать о себе знать, и супруги остались, чтобы получить помощь специалистов…

Валерий признался, что наследница уже пошла в школу в Лос-Анджелесе, хотя он бы предпочел дать ей российское образование. “Мне надо ее привезти в Москву и отправить в школу здесь, мне важно, чтобы она была русскоговорящей и русскокультурной. Я не допущу, чтобы она выросла девочкой, не читавшей Пушкина, чтобы она не могла прочитать “Анну Каренину” в оригинале”, — говорил режиссер. Но Зоя вместе с родителями осталась в Америке и начала там карьеру — как и мама-актриса.

Наследница звездной династии получила роль в сериале “ОА” на Netflix, в картине отца “Одесса”, где сыграла вместе с матерью. Брик не была уверена в том, что дочь свяжет жизнь с кино и театром, но не мешала ей пробовать и искать себя, поддерживала на съемках.

В том, что Зоя продолжит ее дело, уверены теперь друзья семьи. Юлия Снигирь, подруга Брик, написала в прощании с ней: ““Жень, я очень надеюсь, что там тебе хорошо и легко, в другое верить не хочу. А еще я уверена, что Зоя станет большой-пребольшой актрисой, вот увидишь. Все будет хорошо, Жень”.

В фильме “Тинатин” дочь Евгении и Валерия сыграла тяжелобольную девочку, которая в своей фантазии уходит в чащу, чтобы побороть недуг. Поклонники Брик считают теперь, что это была пророческая картина, где ее ребенок отразил боль матери. Но ни актриса, ни ее наследница тогда еще не знали о том, что ждет их семью в будущем, и что страшный сценарий воплотится в их жизни.

Евгения Брик узнала о раке прошлым летом, тогда же она подстриглась под мальчика и стала помогать хосписам. Ясно, что о возвращении на родину тогда уже не шло и речи. Мечта Валерия о том, что они вместе с женой и дочерью обсудят “Анну Каренину”, которую Зоя непременно прочитает в оригинале после урока в московской школе, разбилась вдребезги. В Лос-Анджелесе Брик проходила лечение от онкологии, но не смогла победить болезнь.

Закладка
Поделиться
Комментарии