Герцог — отец двухлетнего Арчи, скоро у них с женой Меган родится дочь. Он сказал, что не хочет никого ни в чём обвинять, однако намекнул на то, что причиной всех его несчастий является его собственный отец.

Ведущему Даксу Шепарду Гарри сказал: ”Я не думаю, что нужно показывать на кого-то пальцем или кого-то в чём-то винить, но если речь заходит о воспитании детей, то мне пришлось испытать боль и страдания только потому, что их испытывал мой отец, мои родители, а я постараюсь разорвать этот цикл и не продолжать его”.

”По большей части эта боль и страдания передаются на генетическом уровне, поэтому мы, родители, должны сделать всё возможное, чтобы мы могли сказать своим детям: несмотря на то, что это случилось со мной, я постараюсь сделать так, чтобы ничего подобного не случилось с тобой”.

Он поделился тем, что в интернете подвергся ”подлой токсичной травле”, и предположил, что подобная ненависть проистекает из ”накопившейся боли”.

Герцог рассказал, что впервые захотел покинуть королевскую семью, когда ему было чуть больше двадцати лет.

На вопрос второй ведущей программы Моники Падман, чувствовал ли он себя словно ”в клетке” во время выполнения королевских обязанностей, он ответил: ”Это же работа, верно? Улыбайся и терпи. Делай своё дело. Мне было чуть больше двадцати, и я думал: ”Я не хочу выполнять эту работу, не хочу быть здесь. Не хочу этого делать. Посмотри, что они сотворили с мамой. Как я когда-нибудь смогу остепениться, иметь жену и семью, если я знаю, что подобное может случиться снова?”

”Я знал закулисье. Видел, как творятся дела и как это работает, и не желал быть частью всего этого.

Потом я пошёл на терапию, и во мне словно что-то переключилось. Я вытащил голову из песка, хорошенько прочистил мозги и подумал: ты находишься в привилегированном положении, так перестань жаловаться и перестань думать, что тебе хочется чего-то другого. Возьми и сделай по-другому, потому что выбраться отсюда у тебя всё равно не получится. Что ты планируешь, как ты собираешься сделать так, чтобы мать гордилась бы тобой, как можешь использовать обстоятельства, чтобы действительно добиться изменений? Оглядываясь назад, я понимаю, что помощь другим людям помогла мне самому”.

В интервью Гарри рассказал, что в молодости у него были проблемы с алкоголем и курением марихуаны.

Спрашивая Шепарда почему тот сам злоупотреблял психоактивными веществами в старшей школе, он отметил: ”Причиной было ваше воспитание и всё, что с вами происходило — все травмы, боль и страдания”.

”Внезапно вы понимаете, что принимаете кучу наркотиков и бесконечно тусите на вечеринках. Посмотрите, сколько других людей ведут себя так же. И скорее всего не понимают этого. Я определённо не осознавал, что схожу с ума.

Это словно ты задаёшь себе вопрос: почему я на самом деле это делаю? И в тот момент отвечаешь: а почему бы и нет, мне двадцать с небольшим, это то, что я и должен делать”.

Однако, скорее всего, именно замечания Гарри о его воспитании вызовут наибольшее беспокойство в королевской семье.

Он сказал: ”Это сложно, но для меня всё сводится к осознанию. Я никогда не видел и не знал каких-то моментов, а затем внезапно начал собирать их воедино и думать: в эту школу он ходил, этот случай произошёл там, я знаю это о его жизни. Мне известно, что это связано с его родителями, а это значит, что он относился ко мне так, как относились и к нему — как же я могу изменить ситуацию для своих детей?”

И вот вся моя семья переехала в США. Поначалу у нас не было таких планов, но иногда нужно принимать решения и ставить на первое место семью и психическое здоровье”.

Шепард сравнил жизнь Гарри с ”Шоу Трумэна”, фильмом 1998 года, в котором Джим Керри играл человека, не обращающего внимания на то, что вся его жизнь — это телепроект. Гарри ответил: ”Ага, это смесь ”Шоу Трумэна” и жизни в зоопарке”.

Поначалу они с Меган пытались скрыть свои отношения от посторонних глаз.

”Когда Меган впервые приехала ко мне, мы встретились в Лондонском супермаркете и, притворяясь, что не знаем друг друга, переписывались из разных концов помещения.

На меня глазели люди, подходили, чтобы поздороваться или что-то ещё, а я в это время писал ей сообщения, спрашивая, правильную ли я вещь покупаю, а она мне отвечала: нет, бери пергаментную бумагу.

Было забавно прятаться под бейсболкой, смотреть в землю, гуляя, и пытаться оставаться инкогнито.

Сейчас, живя здесь [в Лос-Анджелесе], я могу поднять голову, и я чувствую себя иначе, мои — и её — плечи расправились, мы можем гулять, чувствуя себя немного свободнее. Я могу возить Арчи на заднем сиденье велосипеда, ведь раньше у меня никогда не было возможности сделать это”.